В статье рассматривается проблема правового регулирования нейротехнологий и нейроданных в Российской Федерации. Актуальность исследования обусловлена стремительным развитием нейротехнологий, расширяющих возможности по фиксации, анализу и манипуляции мозговой активностью человека, что порождает значительные риски для психической целостности личности, когнитивной свободы и приватности. В работе анализируются положения Федерального закона № 152-ФЗ «О персональных данных» и Федерального закона № 323-ФЗ «Об охране здоровья граждан» применительно к правовому статусу нейроданных. Автор приходит к выводу, что действующее российское законодательство не выделяет нейроданные в отдельную категорию информации с особым правовым режимом, в связи с чем возникает правовая неопределенность: нейроданные могут одновременно квалифицироваться как биометрические персональные данные, сведения о состоянии здоровья или медицинская тайна, что влечёт различные требования к их обработке и защите. В статье обосновывается необходимость закрепления нейроданных в качестве особой категории персональных данных, требующей усиленного режима правовой охраны. Анализируются подходы к формированию института нейроправ в международном праве и зарубежном законодательстве, в частности, опыт Чили, США и рекомендации ЮНЕСКО. Автор предлагает формирование специальной правовой категории, охватывающей такие права, как психическая неприкосновенность, когнитивная свобода и психическое самоопределение, а также расширительное толкование уже существующих прав - на уважение частной жизни, достоинство личности и свободу мысли. Сделан вывод о том, что нейроправа следует рассматривать как логическое развитие действующего права, направленного на защиту психической целостности личности в условиях цифровой трансформации.

The article discusses the problem of legal regulation of neurotechnology and neurodata in the Russian Federation. The relevance of the research is due to the rapid development of neurotechnologies that expand the possibilities for recording, analyzing and manipulating human brain activity, which poses significant risks to the mental integrity of the individual, cognitive freedom and privacy. The paper analyzes the provisions of Federal Law №. 152-FZ "On Personal Data" and Federal Law №. 323-FZ "On Public Health Protection" in relation to the legal status of neural data. The author concludes that current Russian legislation does not classify neural data into a separate category of information with a special legal regime, which creates legal uncertainty: neural data can simultaneously be classified as biometric personal data, health information, or medical secrets, which entails different requirements for their processing and protection. The article substantiates the need to consolidate neural data as a special category of personal data requiring enhanced legal protection. The article analyzes approaches to the formation of the institute of neuro‑law in international law and foreign legislation, in particular, the experience of Chile, the United States and UNESCO recommendations. The author suggests the formation of a special legal category covering such rights as mental integrity, cognitive freedom, and mental self-determination, as well as an expanded interpretation of existing rights to respect for privacy, personal dignity, and freedom of thought. It is concluded that neuro‑law should be considered as a logical development of the current law aimed at protecting the mental integrity of the individual in the context of digital transformation.