В статье рассматриваются вопросы прогнозирования преступного поведе ния и оценки риска рецидива. Данная оценка способствует повышению потенциала для выра ботки объективности и эффективности принятия решений. Однако внедрение в российскую практику оценки рецидива при условно-досрочном освобождении требует тщательного правового регулирования, решения проблем прозрачности, предвзятости и ответственности, а также учета принципов справедливости и индивидуализации подхода к каждому случаю, а также выполнения этических норм. Авторы отмечают, что искусственный интеллект может использоваться лишь как инструмент поддержки, но не как замена человеческому суждению. В работе отмечается, что, применение искусственного интеллекта к условно-досрочному освобождению рассматривается не как перенос зарубежного опыта оценки в российскую практику, а как гибридную риск-ресурсную модель, адаптированную к отечественной системе исполнения наказаний. Разработка и внедрение алгоритмических моделей, способных анали зировать широкий спектр факторов – от демографических и криминологических характери стик до данных о поведении в местах лишения свободы и постпенитенциарном периоде – можетстать существенным шагом вперед. Такие системы способны выявлять неочевидные за кономерности и корреляции, которые упускает человеческий глаз, темсамым формируя болееобоснованные рекомендации для судов и пенитенциарных учреждений.

The article discusses the issues of predicting criminal behavior and assessing the risk of recidivism. This assessment helps to increase the potential for objective and effective deci sion-making. However, the implementation of recidivism assessment in the context of parole requires careful legal regulation, addressing issues of transparency, bias, and accountability, aswell asconsidering the principles of fairness and individualized approach to each case, and adhering to ethical standards. The authors emphasize that artificial intelligence should be used as a supporting tool rather than a substitute for human judgment. The paper notes that the application of artificial intelligence to parole is notseen as a transfer of foreign assessment practices to Russian practice, butrather as a hybrid risk-resource model adapted to the domestic penal system. The development and implementation of algorithmic models capable of analyzing