Уголовно-правовая охрана информационного суверенитета Российской Федерации в контексте борьбы с преступными действиями в информационной сфере

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 25-28-01643 «Информационный суверенитет (суверенитет в информационной сфере): российский и зарубежный опыт правового регулирования и обеспечения», https://rscf.ru/project/25-28-01643/ Всовременной политической практике одним из наиболее употребляемых терминов является «суверенитет», под которым, как правило, понимается самостоятельность государств в принятии политических решений как в международных отношениях, так и внутри самого государства.

Несмотря на неоднозначность толкования суверенитета в политологии и юриспруденции, постоянно «умножении его смыслов» [13, с.64- 78], никто не спорит с тем, что суверенитет является ключевой категорией в контексте феномена государства и государственности.

Развитие учений о государственном суверенитете в процессе естественной эволюции породило такое понятие как «информационный суверенитет», которое в настоящее время также прочно вошло в научный и политический оборот, как и собственно классическое понятие суверенитета.

Правовые аспекты государственного суверенитета в информационной сфере в российской юридической науке были затронуты в конце 1990-х гг. В.Б. Наумовым. [14] Исследование содержания суверенитета в информационной сфере и способов его защиты было связано, в первую очередь, с поиском ответов на новые вызовы: начинавшейся цифровой трансформацией России.

В российской юридической науке предлагается комплексный подход к охране информационного суверенитета, основанный на правовом регулировании и государственных механизмах контроля. Основные способы охраны информационного суверенитета, выделяемые учеными, включают следующие направления:

–применение международных принципов и разработанных в соответствии с ними российских нормативных актов, регулирующих информационное пространство и национальные интересы в информационной сфере [1]; –формирование и реализация единой государственной информационной политики, в рамках которой реализуются меры по противодействию распространению ложной и противоправной информации, развитию кибербезопасности, повышению цифровой грамотности населения, поддержке отечественных исследований и технологий для снижения зависимости от зарубежных продуктов в информационной сфере [4]; –разработка норм и принципов информационного права, регулирующих деятельность государства и общества в информационном пространстве. [6] –контроль и фильтрация информации, государственный контроль за распространением информации в русскоязычном интернете, фильтрацию данных, постов, сайтов и другой информации, чтобы предотвратить доступ к нежелательной информации на территории России [5]; –создание системы обнаружения, предупреждения и ликвидации угроз в информационной сфере, в том числе противодействие кибератакам и информационным диверсиям. [12] Основные способы охраны информационного суверенитета в российской юридической науке связаны с сочетанием правового регулирования, государственного контроля и государственной политики безопасности, направленных на защиту национальных интересов в информационной сфере.

В этой связи считаем необходимым рассмотреть такой аспект правовой охраны информационного суверенитета России как установление уголовно-правовой ответственности за преступления, совершаемые с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (ИТС) (включая сеть Интернет).

Информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) играют ключевую роль в современном обществе, предоставляя широкие возможности для общения, бизнеса и государственного управления. Однако, наряду с преимуществами возникают новые угрозы и риски, обусловленные расширением масштабов противоправной деятельности в цифровой среде. Преступления приобретают особую опасность вследствие высокой степени анонимности, межрегионального характера действий преступников и сложности расследования дел. Развитие ИТС значительно расширило пространство для преступлений, став новой ареной для совершения множества противоправных действий, влияющих на состояние информационной безопасности государства и его информационный суверенитет. Сегодня одним из главных вызовов для современной правоохранительной системы России является обнаружение и раскрытие преступлений, совершаемых в цифровой среде.

Легальное определение ИТС закреплено в п. 4 ст. 2 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» - «технологическая система, предназначенная для передачи по различным линиям связи, доступ к которой осуществляется с использованием средств вычислительной техники» [22].

Указанное определение сужает понимание важности рассматриваемых технологий и как следствие приводит к ухудшению предупредительной деятельности правоохранительных органов в информационной сфере и сфере ИКТ.

В этой связи А.С. Унукович предлагает под ИТС понимать «систему, предназначенную для осуществления обработки, передачи или хранения информации с помощью телекоммуникационных технологий, в том числе и сеть Интернет, обеспечивая связь между устройствами, позволяющие обмениваться информацией». [19] Н.В.

Летелкин предлагает рассматривать ИТС как «технологическую систему, предназначенную для хранения и передачи по линиям связи информации, доступ к которой осуществляется с использованием средств вычислительной техники (компьютеров)». [11, с.219] Проанализировав современную научную литературу, предлагаем свое понимание ИТС как комплекс взаимосвязанных систем, обеспечивающих передачу, обработку и хранение информации на основе цифровых технологий. Такие сети объединяют компьютеры, серверы, устройства связи, каналы передачи данных, позволяя пользователям взаимодействовать друг с другом, получать доступ к ресурсам и сервисам, а также осуществлять коммуникацию независимо от географического положения.

Наиболее распространенным примером является Интернет, который сегодня объединяет миллионы компьютеров и мобильных устройств, обеспечивая свободный доступ к разнообразной информации и интерактивное взаимодействие между людьми.

Заместим, что в России с 2019 по 2023 гг. количество компьютерных преступлений возросло более чем в два раза (с 294,4 тыс. преступлений в 2019 г. до 677 тыс. в 2023 г.) [23]. В 2024 г. было совершено 84,8% преступлений с использованием Интернета, общая их численность составила 649,1 тысячи преступлений. Как заявил глава МВД России В. Колокольцев, жертвами незаконных действий в цифровой среде становятся все, в том числе и госструктуры, киберпреступления наносят значительный ущерб всем отраслям экономики и общества. [3] Актуальность поднятой проблемы подтверждается и статистическими данными. Удельный вес компьютерных преступления в числе всех зарегистрированных уголовно-наказуемых деяний вырос с 14,5% в 2019 г. до 34,8% в 2023 г [24]. А в 2024 г. на преступления с использованием цифровых технологий пришлось 40% всех зарегистрированных деяний. [3] Современная российская уголовно-правовая политика в области выявления и расследования преступлений, совершаемых с использованием ИТС свидетельствует об отставании законодателя от развития технологий. Преступлениями в сфере ИТС признаются деяния, направленные против конфиденциальности, целостности и доступности информационных ресурсов, осуществляемые посредством использования цифровых технологий и сетевых инфраструктур. [18] Значение ИТС постоянно возрастает, поскольку они обеспечивают основу для развития экономики, науки, образования, культуры и социальных отношений современного общества. Вместе с тем, именно в силу своей значимости и широкого охвата, ИТС становятся объектом повышенного внимания преступников, что создаёт необходимость принятия эффективных мер по обеспечению безопасности личности, общества и государства.

Информационный суверенитет государства подразумевает независимость и способность контролировать поток информации, проходящий внутри страны, а также защищать внутренние информационные ресурсы от внешних угроз.

Однако в современную эпоху трансграничные преступления способны серьезно подрывать этот важный элемент суверенитета, оказывая негативное влияние на внутреннюю стабильность и безопасность государства.

Чтобы нейтрализовать указанные угрозы, необходима мощная государственная политика, направленная на защиту национальных интересов и развитие собственного информационного потенциала.

По нашему мнению, Россия движется к формированию общего подхода к международным (трансграничным) преступлениям. Развитие технологий позволяет рассчитывать на быстрое распознавание, например, схем мошенничества и автоматическое отслеживание источников угроз. Согласно Стратегии национальной безопасности РФ возникновение новых форм противоправных деяний, основанных на применении ИТС и высокотехнологичных инструментов, отнесено к ключевым стратегическим рискам, угрожающих безопасности государства [25].

Тут возникает проблема доступа правоохранительный органов к личным данным граждан, что вызывает активные дискуссии в обществе. Часть общества убеждена, что государство вправе следить за своими гражданами ради обеспечения безопасности. Другая его часть настаивает на приоритете индивидуальных свобод и конфиденциальности, считая, что операции по слежке ущемляют права человека. Так согласно ч.2 ст. 23 Конституции РФ, каждый гражданин имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых и иных сообщений [26]. Но в рамках уголовного судопроизводства, согласно ст. 13 Уголовно-процессуального кодекса РФ, ограничение права гражданина на тайну переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается на основании судебного решения, поэтому следователи или иные представители правоохранительных органов могут получить доступ к перепискам и т.д [27].

Сегодня технологии зашиты информации достигли значительных успехов, что ещё больше усугубляет проблему оперативной слежки.

Современное программное обеспечение позволяет создавать защищённые чаты, шифровать трафик и скрывать личность пользователей.

Отсюда вывод - проблема оперативной слежки и контроля в ИТС продолжает оставаться острой темой обсуждения. Быстрое развитие технологий ставит правоохранительную систему перед сложными вопросами выбора между сохранением индивидуальной свободы и эффективностью защиты государства и общества от угроз в информационной сфере. Решением этой про - блемы станет гармоничное сочетание правовых реформ, технологического прогресса и устойчивого роста доверия между населением и властью.

Одним из способов противодействия указанным деяниям является уголовно-правовая охрана безопасности информации, хранения, обработки и передачи данных с использованием информационных технологий. В Уголовном кодексе РФ существует глава 28 «Преступления в сфере компьютерной информации» (ст.ст. 272 – 274.5) [28].

Рассмотрим составы преступлений главы 28 УК РФ, которые в наибольшей степени соответствуют задаче уголовно-правовой охраны информационного суверенитета Российской Федерации.

Ст. 272 УК РФ – Незаконный доступ к компьютерной информации - охватывает ситуации, когда лицо получает доступ с нарушением закона к охраняемой компьютерной информации, в результате чего происходят уничтожение, блокировка, изменение или копирование этой информации. Субъектом преступления выступает физическое, вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет. Объективная сторона выражается в преступных действиях, состоящих в нарушениях установленного порядка доступа к информации. Доступ признается незаконным, если лицо не имело соответствующих полномочий и оснований для входа в систему или использованию ею. Санкция за данные деяния предусмотрена в виде лишения свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет. Если деяние совершено группой лиц по предварительному сговору или организованной групп, наказание ужесточается до шести лет лишения свободы. При особо тяжких последствиях (массовые разрушения баз данных, значительное экономическое повреждение, угроза здоровью или жизни людей), максимальный срок лишения свободы достигает семи лет. Судебная практика показывает рост числа рассматриваемых дел, особенно распространены случаи неправомерного доступа к банковским системам, сайтам государственных служб, закрытым ведомственным ресурсам и корпоративным базам.

Ст. 273 УК РФ – Создание, использование и распространение вредоносных программнаправлена на защиту информационных систем и данных от угроз, создаваемых специальными программами, предназначенными для правомерного вмешательства в функционирования компьютерных систем. По смыслу статьи, преступление заключается в создании программ, заведомо приводящих к негативным последствиям, выраженных в уничтожении, блокировки, модификации и копировании информации, так же в распространении созданных вредоносных программ другим лицами, что делает возможным массовое заражение компьютерных систем, все эти действия и образуют объективную сторону данного состава преступления.

Согласно ст. 4 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 37 от 15.12.2022 г. под компьютерной программой понимается «совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения» [29].

Объектом преступления ст. 273 УК РФ выступают общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование ИТС и сохранность обрабатываемой информации.

Субъектом преступления является физическое лицо достигшее 16 лет, действующее осознанно и целенаправленно. Преступление является оконченным в момент создания, использования или распространения вредоносных программ, даже если реально не произошло уничтожения, блокирования или модификации данных. Субъективная сторона выражена в прямом умысле, когда лицо сознает потенциальную опасность своего поведения и желает нанести вред. При квалификации значение имеет установление факта создания или использования программы, направленной на деструктивные действия в отношении информации, для установления виновности лица, необходимо подтвердить цель автора на разрушение, нарушение работы систем или незаконное получение данных.

Применение ст. 273 УК РФ в практике осложняется трудностью фиксации момента создания вредоносной программы и установления связи между программой и последствиями. Как подчеркивают Е.Р. Россинская и И.А. Рядовский, проблема заключается в том, что вредоносные программы не нуждаются во внешнем управлении, заложенные в них функциональные возможности реализуются автономно. [16] Ст. 274 УК РФ – Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и ИТС - направлена на предупреждение нарушений в сфере эксплуатации компьютерных систем и сетей, создающих риск для безопасности информации и нормальной работы технических средств. Предметом выступают действия, нарушающие установленные правила эксплуатации средств хранения, обработки или передачи информации, в результате которых произошла утрата, искажение или блокировка важных данных. Объектом преступления являются общественные отношения, гарантирующие целостность, доступность и надежность данных, используемых государственными органами, предприятиями и физическими лицами. Субъектом преступления выступает специальный субъект, лицо, ответственное за соблюдение правил эксплуатации технических средств, чьи действия привели к возникновения негативного результата. Особые сложности возникают при установлении факта причинно-следственной связи между нарушением правил эксплуатации и наступлением негативных последствий. Правоохранительным органам необходимо доказать, что нарушение действительно повлияло на состояние технической работоспособности системы. Другая сложность связана с определением границы между халатностью и нарушением правил эксплуатации.

В 2024 г. в Уголовный кодекс РФ введена новая ст. 272.1, посвящённая борьбе с незаконным использованием или передачей, сбором или хранением компьютерной информации, содержащей персональные данные, а равно создание и обеспечение функционирования информационных ресурсов, предназначенных для ее незаконных хранения и распространения [30]. Данная статья направлена на защиту персональных данных граждан и организацию надзора за соблюдением правил обращения с ними. Преступление считается законченным в момент исполнения вышеуказанных действий, независимо от того, наступит ли реальный ущерб. Субъектом преступления является физическое, вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет. Субъективная сторона выражена в форме прямого умысла.

Введение в УК РФ указанной статьи вызвано необходимостью защитить граждан от возможных злоупотреблений их персональными данными, эта норма способствует созданию условий для безопасной жизнедеятельности и защищает личную жизнь каждого человека. Несмотря на достигнутый прогресс, остается много нерешенных вопросов, связанных с квалификацией таких преступлений.

Помимо составов главы 28 в УК РФ содержатся и иные составы преступлений, тоже связанные с применением ИКТ. Здесь можно вспомнить ст. 137 – Нарушение неприкосновенности частной жизни; ст. 138 – Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений и, конечно же, ст. 159.6 - Мошенничество в сфере компьютерной информации.

Еще более опасной ситуация с незаконным доступом или передачей компьютерной информации выглядит в контексте государственной измены (ст. 275 Уголовного кодекса РФ).

В 2025 г. Судебный департамент при Верховном суде РФ обнародовал официальную статистику применения ст. 275 Уголовного кодекса РФ. Так, согласно представленной информации, в 2024 г. за государственную измену было привлечено к ответственности 145 граждан (143 из них были приговорены к лишению свободы, двое к пожизненному сроку отбывания наказания), тогда как в 2023 г. по данной статье УК РФ было осуждено всего 39 человек, а в 2022 г. – 16 человек. Рост количества обвинительных приговоров за один 2024 год составил 371%, т.е. почти произошло почти четырёхкратное увеличение. [21] Причин такого роста наверняка несколько, на налицо явное ужесточение практики уголовно-правовой охраны государственной безопасности.

Объект состава преступления ст.275 УК РФ - безопасность Российской Федерации, то есть общественные отношения, обеспечивающие состояние защищенности ее суверенитета, неприкосновенности и неделимости территории, обороноспособности. Важно понимать, что государственной изменой будет считаться как посягательство на все составляющие безопасности РФ, так и на ее отдельные слагаемые. При этом категория «безопасность» в контексте ст. 275 УК РФ толкуется неоднозначно, широко, нет единообразия в понимании механизма воздействия на безопасность при посягательствах.

Например, А.И. Рарог в качестве объекта указывал внешнюю безопасность страны, под которой понимает защищенность интересов государства от внешних угроз. [17, с.544] А.Г. Кулев под объектом ст. 275 УК РФ также подразумевал внешнюю безопасность, которая слагается из состояния защищенности, суверенитета, территориальной целостности и неприкосновенности, а также обороноспособности государства от внешних угроз. [10] В соответствии со ст. 275 УК РФ государственная измена – это «совершенные гражданином Российской Федерации шпионаж, выдача иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям сведений, составляющих государственную тайну, доверенную лицу или ставшую известной ему по службе, работе, учебе или в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, переход на сторону противника либо оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации…» [31].

Все эти действия могут быть совершены с использованием ИТС и нести ущерб информационному суверенитету государства.

В отечественных исследованиях уголовно-правовой тематики в контексте защиты информационной безопасности можно встретить ряд проблем ее обеспечения правового и организационно-технического характера.

М.А. Ефремова в своем диссертационном исследовании выделяет три глобальные проблемы. [8] 1. Отсутствие целостной уголовной политики в сфере противодействия преступлениям против информационной безопасности.

Российское уголовное законодательство неадекватно и неполно отражает фактически сложившиеся общественные отношений, а также не способно эффективно реагировать на новые, быстро меняющиеся виды и формы преступлений в информационной сфере. Уголовно-правовые нормы недостаточно эффективны, так как они разрозненны и размещены в различных главах Уголовного кодекса РФ, а соответственно не связаны институционально и содержат юридико-технические различия.

2. В уголовно-правовом регулировании информационной безопасности не решена проблема баланса интересов личности, общества и государства. Требуется установление уголовной ответственности за деяния, которые посягают на интересы всех трех охраняемых субъектов, но при этом не нарушают права и свободы граждан в информационной сфере.

3. Отсутствие уголовной ответственности за нарушение профессиональной и служебной тайны в информационной сфере, что создает пробелы в защите конфиденциальной информации и способствует рискам инфокоммуникационной безопасности государства.

Еще одну ключевую проблему озвучил С.М.

Ильясов, и она заключается в сложности применения уголовно-правовых норм к новым видам цифровых преступлений, связанных с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, что требует развития уголовно-правовой доктрины и уточнения понятийного аппарата. [9] На наличие масштабной проблемы указывает и Т.А. Полякова. Она пишет о необходимости модернизации и согласованности правовых актов стратегического планирования и законодательного регулирования. По ее справедливому мнению, современный правовой механизм охраны информационного суверенитета должен учитывать новые цифровые вызовы, включая искусственный интеллект, аутентификацию и идентификацию в электронном пространстве. [15] Проблемы нормативных оснований уголовно-правовой защиты информационного суверенитета, а также проблемы выявления преступлений в ИТС остаются крайне острыми и взывают серьезное беспокойство у специалистов и общественности. Решение этих проблем требует усилий общества и государства. Комплексный подход, включающий улучшение законодательной базы и подготовку специалистов в данной сфере, способен привести к значительным успехам в формировании защищенного информационного пространства России.

Осознавая существующие проблемы в сфере уголовно-правовой охраны информационного суверенитета России на уровне Правительства РФ был предложен комплекс мер, который закреплен в утвержденной в 2024 г. в Концепции государственной системы противодействия противоправным деяниям, совершаемым с использованием ИКТ [32].

Отметим, что в Концепции закрепляются такие понятия, отсутствующие в российском законодательстве, как «информационно-коммуникационная сфера», «противоправные деяния, совершенные с использованием информационно-коммуникационных технологий», «государственная система противодействия противоправным деяниям, совершаемым с использованием информационно-коммуникационных технологий», «информационно-коммуникационные технологии», «средства государственной системы».

Под противоправными деяниями Концепция понимает «общественно опасные деяния, за которые предусмотрена уголовная либо административная ответственность, совершенные с использованием (применением) информационно-коммуникационных технологий или в сфере компьютерной информации, в том числе с использованием (применением) электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», информационной инфраструктуры, компьютерной техники, программных средств, онлайн-сервисов, средств коммуникации (в том числе средств мобильной связи, сервисов обмена мгновенными сообщениями, IP-телефонии), электронных средств платежа, операций с цифровой валютой и цифровыми финансовыми активами» [33].

Столь широкий подход однозначно указывает на масштабность проблемы, для борьбы с которой была разработана и принята Концепция. По смыслу Концепции все противоправные деяния классифицируются по трем основным типам:

1) правонарушения и преступления в сфере компьютерной информации; 2) правонарушения и преступления, криминообразующим или квалифицирующим признаком которых является их совершение с использованием электронных или ИТС, включая сеть «Интернет»; 3) правонарушения и преступления, при совершении которых применение ИКТ является альтернативным способом.

Распоряжением Правительства РФ от 14 августа 2025 г. №2207-р утвержден План мероприятий по реализации Концепции государственной системы противодействия преступлениям, совершаемым с использованием информационно-коммуникационных технологий [34].

Как указано на официальном сайте Правительства РФ, «Документ включает комплекс мер по совершенствованию законодательства, техническому противодействию злоумышленникам и повышению цифровой грамотности населения». [20] А это означает, что в период до IV квартала 2027 г. соответствующими ведомствами будут разработаны проекты правовых актов, направленные на совершенствование уголовного, уголовно-процессуального законодательства и законодательства об оперативно-розыскной деятельности в части выявления, предупреждения, раскрытия и расследования противоправных деяний в ИТС и с их использованием. Однако, в Плане речь не идет о внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ. Вероятно, это будет сделано вне этого Плана, но в соответствии с разделом IV Концепции.

Таким образом, в результате проведенного исследования мы пришли к следующим выводам. 1. Уголовно-правовое регулирование противодействия преступлениям в компьютерной сфере (компьютерным преступлениям) в первую очередь направлено на борьбу с данным видом преступлений. Обеспечение информационной безопасности и информационного суверенитета России осуществляется постольку, поскольку нормы Уголовного кодекса РФ эффективны в сфере борьбы с компьютерными преступлениями.

2. Наименование главы 28 «Преступления в компьютерной сфере» УК РФ значительно сужает потенциал указанной главы в сфере обеспечения информационной безопасности и информационного суверенитета России. Тогда как полная защита и обеспечение информационного суверенитета может быть достигнуто только в комплексе с применением норм различных отраслей российского права.

3. Легальное ИТС, закрепленное в Федеральном законе «Об информации, информатизации и информационных технологиях», не отвечает современным реалиям развития технологий и не удовлетворяет требованиям правоприменительной практики. В этой связи предлагаем понимать по ИТС комплекс взаимосвязанных систем (компьютеры, серверы, устройства связи, каналы передачи данных), обеспечивающих передачу, обработку и хранение информации на основе цифровых технологий, позволяющих пользователям взаимодействовать друг с другом, получать доступ к ресурсам и сервисам, а также осуществлять коммуникацию независимо от географического положения.

4. Нормы Уголовного кодекса РФ (главы 28 и ряды статей других глав) не в полной мере соответствуют развитию современных ИКТ, не отражают всех особенностей их использования и применения злоумышленниками в преступных целях. Тем не менее, заложенный в них законодателем потенциал позволяет оказывать эффективное противодействие данному виду преступлений.

5. Выявленные ключевые проблемы уголовно-правовой охраны информационной безопасности и информационного суверенитета делают необходимым комплексное совершенствование уголовного законодательства и создание комплексной стратегии защиты информационного суверенитета в современных условиях цифровизации.