Соотношение географического указания и наименования места происхождения товара с товарным знаком

Вопросы соотношения географического указания и наименования места происхождения товара с другими средствами индивидуализации обуславливается тенденцией увеличения интереса хозяйствующих субъектов к данным объектам интеллектуальной собственности, что подтверждается ростом числа заявок на их государственную регистрацию.

В Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности, под товарным знаком понимается любое обозначение или их сочетание, позволяющие отличить товары и услуги одного предприятия от товаров и услуг других предприятия [1]. Положения статьи 1477 ГК РФ закрепляют, что товарным знаком признается обозначение, посредством которого возможно индивидуализировать товар и, на которое признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством [2]. Как указывает И.В. Бочкова, значение товарного знака в большей степени обусловлено именно выполняемыми им функциями, так как выступает связующей частью между изготовителем продукции и потребителем [3, с. 86]. Справедливой является позиция французского теоретика Т. Лашачински, представленная в исследовании В.С. Никулиной, в соответствии с которой понять предназначение товарного знака возможно посредством выявления его функций, что находит подтверждение в практике Суда справедливости Европейского Союза, решения которого всегда содержат прямое или косвенное упоминание о функциях данного средства индивидуализации [5, с. 12].

Исследуемые средства индивидуализации соотносятся друг с другом по двум основным векторам. В рамках первого речь идет о возможности включения в товарный знак географического указания или наименования места происхождения как неохраняемых элементов. Примером является комбинированный знак с регистрационным номером №452165 «Нарзан». Второй вектор обусловлен возможностью регистрации наименования географического объекта в виде товарного знака, при условии соблюдения законодательно закрепленного требования о том, что у потребителя не возникает ассоциативная связь как с указанием на место изготовления товара. Примером приведем зарегистрированный товарный знак, обладающий различительной способностью, представленный в словесном формате под регистрационным номером №644332 “LUCCA” [7, с. 122].

При этом согласно п. 7 статьи 1483 ГК РФ, не подлежит правовой охране обозначения в качестве товарных знаков, которые включают, воспроизводят или имитируют зарегистрированное географическое указание или наименование места происхождения товара, или же те, что были заявлены на регистрацию ранее даты подачи заявки на товарный знак, в случае когда в основе подаваемых заявлений лежат однородные товары [2].

В данном случае правоприменительная практика демонстрирует наличие множества судебных разбирательств, в большинстве своем обусловленных наличием сходства до степени смешения товарного знака и наименования места происхождения товара: Решение Суда по интеллектуальным права по делу № СИП-551/2020; №СИП-558/2020, №СИП-839/2019 и др. [9;8;10]. Так, в рамках дела №СИП-558/2020 от 16.11.2020, истцом были направлены исковые требования с целью признания недействительным принятого ФИПС решения, согласно которому субъекту было отказано в регистрации товарного знака. Причиной спора выступило наличие сходства между комбинированным обозначением «Камчатский дом» и НМПТ «Камчатская нерка», выданного в отношении товара из рыбного сегмента.

Отметим, что при установлении степени смешения товарного знака и спорного обозначения, учитывается наличие не только сходства обозначений, но и степени однородности товаров. Судом учитывается то, какие именно элементы демонстрируют сходство: сильные или же слабые элементы товарного знака и спорного обозначения, при этом для проведения такого рода оценки не требуется специальных знаний [8]. Как следует Решения Суда по интеллектуальным правам по делу № СИП-1168/2023, однородность товаров устанавливается посредством определения принципиальной возможности формирования у потребителя представления о том, что товар принадлежит одному производителю [11]. Отметим, что в рамках данного судебного разбирательства, истцом была предпринята попытка оспорить полученный отказ в регистрации заявленного товарного знака на основании п. 3, 6 и 7 статьи 1483 ГК РФ. В обоснование отказа Роспатент заявил, что представленный словесный элемент “ALTAY” является наименованием географического объекта в силу чего правовая охрана такого обозначения, испрашиваемого для товаров определенных классов МКТУ, может ввести в заблуждение потребителя в вопросе определения природного происхождения.

Необязательное наличие репутации, является одним из фундаментальных различий между товарным знаком и географическим указанием, в рамках которого законодатель требует наличия особых качеств, репутации и других характеристик товара, связанных с географией его происхождения. Товарный знак, как и географическое указание выступает в качестве средства индивидуализации, при этом последнее связывает товар с определенной территорией, а товарный знак в глазах потребителя связывает товар с конкретным производителем. То есть с позиции потребителя, при приобретении товара в зависимости от географического указания, значимым является то, что он изготовлен именно в пределах конкретной территории и обладает необходимыми характеристиками, при этом производитель играет второстепенную роль. В контексте товарного знака ключевая роль отводится именно наличию связи между товаром и каким именно производителем он был изготовлен [6, с. 86]. Географическое указание в отличие от товарного знака свидетельствует о возникновении у потребителя ассоциативной связи с определенной местностью, а не хозяйствующим субъектом. Как справедливо указывает О.А. Городов, в контексте товарных знаков нет необходимости обращать внимание потребителя на особые свойства товара, за счет применения идентификатора-привязки, так как товар входит в перечень Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков [4, с. 13]. Юридически значимо наличие идентификатора (в рамках идентификационной функции) для географических указаний и наименований мест происхождения товара, что позволяет минимизировать риск включения одно географического указания или места происхождения товара в другое географическое указание и место происхождения товара соответственно.

Таким образом, основополагающим нормативным положением в рамках национального законодательства, позволяющим рассуждать о соотношении правовых режимов географических указаний, наименований мест происхождения товаров с товарным знаком выступает п. 7 статьи 1483 ГК РФ, в совокупности со следующими основными отличительными особенностями:

товарный знак формирует у потребителя ассоциативную связь именно с конкретным производителем, при этом географическое указание и наименование места происхождения товара указывают на конкретный географический объект, в пределах которого были сформированы особые характеристики, свойства товара; законодатель предоставляет правообладателю товарного знака право на его полное отчуждение или же передачу иным лицам в пользование в рамках лицензионного договора, что является одним из ключевых отличий географического указания и наименования места происхождения товара от товарного знака; обязательным условием для регистрации географического указания является наличие сформированной репутации, характерного качества товара, что не требуется в рамках процедуры регистрации товарного знака [2].